Армагеддон: Омнибус

Мы пойдём на помощь имперским защитникам Тартара.

Ансгар ответил не сразу.

— Мы должны идти на северо-восток.

— Но улей на западе.

— А мы должны идти на северо-восток, — вновь повторил чемпион.

— Во имя Золотого Трона, о чём ты говоришь, брат? — воскликнул кастелян. Он не привык, чтобы в его приказах сомневались.

— Когда мы всего пятнадцать часов назад готовились к высадке на планету, у меня было видение, — начал объяснять Ансгар.

— Мне это известно, — прервал его командующий.

Но рыцарь не собирался останавливаться.

— Я видел, как в пустыне поднимался на адамантиевых ногах огромный бог-титан с собачьей головой. Он указал мне путь через пустоши — там мы сразимся с заклятым врагом!

— Ты сошёл с ума? — спросил Адлар. Он неожиданно понял, что вся рота с беспокойством наблюдает за их перепалкой.

— Нет, повелитель, — примирительно ответил чемпион, понимая насколько близок он к неповиновению.

— Я напомню тебе, брат, что мы должны объединиться с верными слугами Императора, которые отражают атаки орочьих ватаг на городские стены.

— Да, сэр. Но, кастелян, разве слуги Империума могут напрямую требовать поддержки Адептус Астартес? Никто не смеет ждать от нас помощи только из-за того что просил о ней. Если мы снизойдём до их затруднительного положения, то пусть считают себя воистину благословлёнными.

— Незачем мне напоминать, что мы здесь по просьбе верховного командования Тартара, — прорычал Адлар. — Я прекрасно знаю, что их запрос для нас ничто, но нас связывают узы долга.

— Но, сэр, разве у нас на Армагеддоне нет другой цели? — напомнил ему чемпион.

— Одна из наших целей — восстановить честь, которой мы лишились после атаки орд Гримскара на Солемн! Если мы не будем повиноваться приказам, то не сможем исполнить долг и станем бесчестными. Мы обещали помочь Тартару, а без титанов из Хеллсбрича осаждённому улью наша поддержка нужна как никогда.

— И я даже поверить не могу, что ты предложил мне подобное! Я не нарушу приказ. А ты именно об этом и просишь, — кастелян повернулся и собрался вернуться к остальным воинам. — Мы немедленно выступаем в Тартар. Я высказал тебе моё решение, и закончим на этом."

"— Адлар, — произнёс Вольфрам, в первый раз вмешиваясь в разговор и не выказывая особого пиетета перед кастеляном.