Архитектура любви

Седативные, снотворное, психотерапия. До финиша далеко.

– Прекрасно.

– Когда Дима сказал, что уволит меня, если я не решу вопрос с поведением, пришлось взять себя в руки.

Лера рассмеялась:

– Раскрою тебе секрет: Дима уволил бы тебя в любом случае. Просто я сказала ему, что ты не в себе. И тебе нужно подлечиться. Правда, я была почти уверена, что ему плевать на твоё здоровье, и он всё равно уволит тебя. Что ж. Рада ошибиться.

Лицо Виталика вытянулось, а брови медленно поползли вверх:

– В смысле, ты сказала?..

– В прямом.

Утром после корпоратива он позвонил мне с гневными требованиями объяснений. Почему я внезапно увольняюсь и почему я позволяю себе такое легкомысленное поведение. Я сказала всё, как есть. Дима, конечно же, сразу предложил компенсацию и пообещал уволить тебя.

Виталик нервно крутил в руке вилку и морщился от воспоминаний. Но Лере было интересно посмотреть на его реакцию:

– Я отказалась от компенсации и попросила его не пороть горячку, а просто поговорить с тобой и прийти к более адекватному и взаимовыгодному решению.

– Но почему?! – Виталик смотрел на неё так, будто перед ним была не девушка, а некое таинственное непостижимое существо. Лера подпёрла подбородок ладонью и закатила глаза:

– Надо было настаивать на увольнении? Чтобы ты вконец снюхался и спился в своём Мурманске? Для себя я приняла решение: больше физически не могла находиться в этой бешеной хищной стае. Но в память о нашей, в целом, приятной дружбе решила не добивать тебя.

– Чёрт…

– Не стоит благодарности.

Он покачал головой и пробормотал:

– Стас – такой идиот…

– Что?

– Этот придурок променял тебя на жалкую пустышку, на женский манекен. Эту Вику. Да я тоже повёлся… На красиво упакованную имитацию женщины.

– Причём тут это?

– Я пытался тебя изнасиловать, – на последнем слове Виталик зажмурился, словно от острой боли. – А ты утром ещё и защищала меня. Ты либо отбитая дура, что маловероятно, либо пугающе мудрая женщина. Как можно такую бросить?.."

"За окном на узкой улице образовалась пробка.

Видимо, центр перекрыли для проезда правительственного кортежа. Лера лениво переводила взгляд с одной шикарной машины на другую и всё сильнее склонялась к мысли, что она была скорее отбитой дурой, чем мудрецом…

– Я думаю, это вообще не связанные между собой вещи.

– А я бы поспорил. Он, кстати, быстро развёлся. Той же весной.

– М…

– Мы так и не поняли, что это было. Временное помешательство или, действительно, попытка спровоцировать кого-то из нас…

– Мне плевать.