Антон Волков. Книги 1-4

Здесь каждый, вплоть до сопливого мальчишки, считает своим патриотическим долгом насолить немцам чем может — слить бензин на землю из оставленного без присмотра грузовика, проколоть шины или хотя бы сорвать со стен листовку с распоряжением бургомистра. А русская разведка издавна опирается на таких, готовых взойти на костер за идею, а не на сухих рационалистов, взвешивающих все, как на аптекарских весах.

И всю ночь Отто мучили дурные сновидения, мрачные кошмары, а теперь не проходил сосущий под ложечкой холодок предчувствия близкой неприятности.

Вроде бы все нормально, все сделано как нужно, а интуиция предостерегает от успокоения, призывает постоянно быть наготове. Вон и Конрад неважно выглядит — тени под глазами, ясно обозначившиеся мешки у нижних век, помятый, хотя и держится бодрячком. Тоже не спал, тоже думал и считал ходы, свои и противника? И его бьет дрожь нервного нетерпения в ожидании скорого конца операции, развязки, неминуемо должной наступить?"

"Выбежавшие из караульной будки солдаты распахнули перед машиной оберфюрера ворота аэродрома.

Вдали, на летном поле, прогревая моторы, вращал винтами большой транспортный самолет; на крыльце командного пункта теснились офицеры, поглядывая то на переделанный в комиссарский юнкерс, то на приехавших эсэсовцев.

— Все готово? — подавая руку командиру летной части, поинтересовался вылезший из машины Бергер.

— Да. Ждали только вас.

— Я уже приехал, — оберфюрер поманил к себе офицера спецсвязи в армейском эсэсовском мундире и передал ему портфель с докладом.

 — Отдадите лично группенфюреру Этнеру. Клюге, получите расписку.

Офицер спецсвязи расписался, вытащил из кармана стальные браслеты на тонкой цепочке и защелкнул один на ручке портфеля, а другой на своем левом запястье.

— Отправляйтесь, — небрежно махнул рукой Бергер в ответ на прощальное нацистское приветствие офицера.

Закурив сигарету, оберфюрер мрачно смотрел, как шли к трапу веселые отпускники, таща тяжелые чемоданы и перебрасываясь шутками.

Как бы он сейчас хотел оказаться таким же беззаботным офицером люфтваффе, предвкушающим радость отпуска, попоек с приятелями, встречи с семьей или любимой женщиной. Позади всех, следом за небольшой группой улетавших по делам военных чиновником, вышагивал офицер спецсвязи с портфелем, прикованным к руке.

— Мы устроим его отдельно, — наклонившись к уху Бергера, почтительно сообщил командир летной части.