Анти-Горбачев-4

— Добрый вечер, Григорий Васильевич, — вежливо поздоровался он, присаживаясь на стульчик возле дивана, — как самочувствие?

— Спасибо, Евгений Максимович, уже идет на поправку… последний наш с вами разговор прервался очень неожиданно — может расскажете, что там случилось такое экстраординарное?

— Конечно расскажу, — кивнул Примаков, — только сначала хорошо бы убрать отсюда всю медицинскую бригаду из четвертого управления.

— Включая Чазова?

— Его в первую очередь…

— И почему их надо убирать?

— Во избежание разных неожиданностей, — пояснил Примаков, — вами же, кажется, местные медики занимались с самого начала?

— Ну да, из больницы имени Семашко, — подтвердил Романов, — главврач мне очень понравился, как уж его зовут-то… Лебедянцев, кажется.

— Вот пусть Лебедянцев вами и занимается…

— А Чазов что?

— А он уже отбыл по направлению к Москве.

— Что-то вы очень резко начали командовать, Евгений Максимович, — заметил генсек, — я, кажется, не давал вам таких полномочий.

— Эх, Григорий Васильевич, Григорий Васильевич, — вздохнул Примаков, — если бы сейчас было мирное время, я бы с вами согласился…

— А сейчас что, война идет? — тут же заметил этот пробел в примаковской аргументации Романов.

— Практически да…причем гражданская — самая опасная разновидность войн. Когда сын поднимает оружие против отца, а брат стреляет в другого брата. В такие времена надо быть особенно бдительным и не упускать рули управления из своих рук.

"— Ну тогда расскажите, наконец, в подробностях и в лицах — что там вчера произошло в Москве, как развивалось и чем закончится… по вашему мнению, конечно.

— Хорошо, — вздохнул Примаков, — я сейчас все расскажу… только началось все не вчера, конечно, а гораздо раньше…

— Я вас слушаю самым внимательным образом, — Романов поудобнее устроился на своем диване и зафиксировал взгляд на качающейся яблоневой ветке за окном.

Авиабаза Саваслейка, Горьковская область

В 17.15 командир части полковник Старостин вызвал к себе майора Шаповалова и подполковника Субботина. В кабинете также находилось третье лицо — худощавый мужчина с залысинами в гражданском костюме, который сидел в углу и перелистывал свой блокнотик.

— По вашему приказанию прибыли, — синхронно доложили летчики начальнику, невольно косясь на постороннего.