Сколько стоит любовь

Пусть я не хороша собой, но всегда надеялась, что встречу доброго человека, с которым смогу жить тихой жизнью в провинции. Пусть он был бы не так красив и знатен, разве в этом дело? Я хочу простого семейного счастья и если не встречу любовь, то воплощу ее в своих детей. А они обязательно будут.

Кэшем следил за выражением моего лица. Мы с минуту стояли молча. В тишине доносились голоса Алисы и Тита. Затем Бенедикт не выдержал. Заговорил первым:

- Я вижу, о чем вы думаете. Поверьте, я обещаю, что весь год буду примерным мужем.

- Я не опозорю свою семью разводом, - сказала чуть резче, чем хотела.

Кэшем вздохнул.

- Вы будете не первой, леди Роттенгейн.

- И что вам даст этот год? – уточнила. Пусть не думает, что я не понимаю, какие причины толкают его на подобную сделку.

- Год даст мне время. Много времени и свободу, - он явно хотел сказать больше, но удержался от дальнейшей откровенности.

- Я дам его сейчас, - пылко произнесла, глядя в темные глаза мужчины. – Нет. И еще раз, нет!

Он помрачнел.

- А теперь будьте любезны, проводите меня к сестре. Нам пора возвращаться в театр, прежде чем нас хватятся родные и друзья, - почти холодно добавила, продолжая смотреть на Бенедикта.

- Я все же подожду. Подумайте, - сказал он. – Если ваше решение изменится, пришлите в Астер-холл записку со слугой.

- Я не передумаю, - ответила мужчине и не дожидаясь, шагнула по аллее туда, где стояла сестра в обществе приятелей милорда.

Увидев меня, торопливо идущую по аллее, все трое замолчали и как-то разом посмотрели на меня. Улыбка сошла с лица сестрицы, стоило ей увидеть мое, явно мрачное, выражение лица.

- Рори, - Алиса поспешила навстречу.

Кэшем бросился за мной, но остановился, так и не догнав.

- Лорд Кэшем тебя обидел? – спросила сестра взволнованно.

- Нет, - ответила я, едва дыша от переполнявшего меня ощущения беспомощности и обиды. – Мы просто по-разному смотрим на жизнь, моя дорогая.

Взяв Алису под руку, вспомнила о манерах и сделала книксен, прощаясь с мужчинами.

- Нам пора, - сказала я.

Джентльмены поклонились в ответ. Титаниум перевел взгляд на Бенедикта, вопрошая, но мы с сестрой, более не задерживаясь, направились к входным дверям.