Сколько стоит любовь

Как – понятия не имею, но у него получилось.

Прикрыв глаза, отдавала магию, а она лилась и, казалось, ей не было конца. Я не чувствовала, что теряю силы, напротив, во мне оживало что-то яркое, светлое.

Когда я снова взглянула на мир, тьмы больше не было. Харбора повалили на землю и связали. А он лежал там и смотрел на меня взором диким и отчаянным.

Бенедикт позвал слуг. Сам направился к замку и открыл дверь. Первым из Штормового предела вышел Холтон, за ним вереницей потянулись остальные.

- Подходите, не бойтесь.

Я вздохнула.

- Мэри, проводите леди Кэшем в спальню. Она должна отдохнуть. И сделайте ей горячий чай с травами, - распорядился муж.

Я было запротестовала, но он лишь взглянул спокойно и сказал:

- Думай сейчас не о нас, а о нашем будущем ребенке.

И эти слова привели меня в чувство.

Конечно же, Кэшем прав. Пусть мужчины занимаются должным. Я пойду к себе. То, что смогла, кажется, уже сделала."

"Я даже не попыталась протестовать. Не тот случай и не тот момент. Зато заметила, как переглянулись друзья Бенедикта. Они точно услышали его слова касательно нашего наследника или наследницы. Грэм даже улыбнулся, а я улыбнулась в ответ, только сейчас заметив, что все трое выглядят почти как оборванцы с улицы: потрепанные, волосы примяты и торчат в некоторых местах, у Тита каким-то образом оказалась порванной одежда, у Бэна на лице грязь, как, впрочем, и на одежде.

- Что с ним будет? – все же спросила тихо, когда снова посмотрела на Харбора.

- Будет? Он отправится в темницу. Я сейчас же вызову власти. Хотя, конечно же, придется ждать.

Я уже направлялась в замок, когда кто-то из слуг заметил всадников, несущихся в сторону дома. Невольно задержалась, заинтригованная происходящим. Мэри тактично придержала мне дверь, но я глядела во все глаза на приближающихся верховых.

Несколько минут спустя с небольшой разницей по времени, во двор заехал Фрейзер и трое его людей, а за ним еще какой-то незнакомый и очень усталый даже на вид, человек.

- Вам письмо! – заорал он, едва не падая с уставшей лошади.

Фрейзер тем временем оценивающе взглянул на лорда Харбора, лежавшего на земле. Титаниум вязал ему руки и ноги, когда кто-то из прислуги по распоряжению Бена сбегал в сарай за крепкой веревкой.