Аномальный наследник #04 - Среди лучших

И любые посягательства на него – посягательства на империю.

Глаза Волынского округлились, и он склонил голову из положения сидя.

– Прошу прощения за свои действия, Александр Борисович. Но…

– Хватит, – устало повел своей огромной ладонью канцлер. – О том, что ты сделал, никто не должен знать. Благо прямых доказательств у ее светлости нет. Но я не могу просто так закрыть глаза на произошедшее. Не после того, как Надежда Григорьевна инициировала «Срочную встречу». Я должен разобраться с этим инцидентом. С ее светлостью мы договорились о неразглашении – прямом неразглашении, так что не удивлюсь, если она уже начала распускать слухи.

– Я понимаю, – тяжело вздохнул министр.

– А еще в качестве извинений за доставленные неудобства тебе стоит выслать и ему, и ее светлости подарки. Не продешеви. И сделай все анонимно.

– Я понимаю, Александр Борисович, – скрипнул зубами Волынский.

– Злишься? – склонил голову набок Годунов.

– Злюсь.

– На себя злись. Если бы ты не гоношился, всего этого не произошло бы. Твой сын все равно бы проиграл, но, вероятно, не с такой серьезной травмой. А теперь тебе придется платить. Признавайся честно, отомстить хочешь?

Волынский плавно выдохнул, пытаясь совладать с эмоциями. Как же сложно общаться с канцлером, когда тот не в духе… Можно сколько угодно строить подчиненных, свысока смотреть на других бояр, то и дело заглядывающих в рот министру, но наедине с Годуновым все равно будешь чувствовать себя подростком.

– Для простолюдина, – не став ждать ответа, спокойно продолжил канцлер, – этот юноша чересчур самоуверен и нагл. Однако весьма талантлив, с этим не поспоришь. Отличник учебы и будущий Гуру был бы крайне полезен империи, если бы захотел подчиниться.

– Он отказался от статуса Слуги Оболенских при поступлении в «Алую Мудрость», – сообщил министр.

– Знаю. Полагаю, он уже успел отказаться и от более выгодных предложений. А теперь – даже не важно, победит он или нет – предложений сделают еще немало.

– В армию? – удивился министр. – Он не пойдет. А от принудительной воинской повинности страну освободил ваш отец.

– И правильно сделал, бойцов нужно мотивировать, а не принуждать.