Аннулет. Книга 6 – Паладин II

— Рост вроде нормальный, но вот лицо простоватое! — Она провела пальцем по своей щеке.

На мой взгляд — нормальное лицо. Вполне симпатичное. Круглые щёчки, тонкие губки…

— Что за губы? Что за скулы? — Афродита приложила пальцы к губам и, подав магию, увеличила их. — Так лучше! — Затем провела пальцами по щекам, меняя форму скул. Кожа лица натянулась и исправилась. Исчезли все изъяны и мелкие следы от прыщей. Она помолодела и похорошела. Девушка провела руками по волосам. Они были русыми и слегка вьющимися, а теперь распрямились и потемнели.

Передо мной стояла совсем другая девушка, практически ничем не напоминавшая Настю — стюардессу, что подавала мне кофе на борту маголёта. Та действительно выглядела обычно. А сейчас мне улыбалась восточная красавица с тёмными загадочными глазами. На вид — не больше двадцати лет.

— Ничего себе! — удивился я. — Ты и такое можешь?

— Для меня тело — сосуд души, который пластичен. Я даже рост могу увеличить, но для этого потребуются питательные вещества, — гордо расправив плечи, сообщила Афродита.

"— Оставь, быстро привыкнешь, — махнул я рукой. Пора заканчивать это представление. Нас ждёт Борей, и, боюсь, чем позже мы придём, тем более раздражённым он будет, — пойдём к твоему отцу.

— Ты со мной зайдёшь к нему? — Красавица отвернулась от зеркала и жалостливо взглянула на меня.

— Боишься отца? Зайду, куда же мне деваться.

— Я не зверушка тебе какая-нибудь! — Афродита знакомо топнула ногой. Пусть она сейчас и выглядит на двадцать лет, но, судя по всему, внутри так и сидит девочка-подросток.

— Как скажешь, — я миролюбиво улыбнулся, — пойдём!

Мы спустились к алтарю и одновременно приложили руки к камню, проваливаясь внутрь.

Борей встретил нас в большом кабинете. Он восседал за столом в строгом костюме и недовольно взирал на нас.

— Папочка! — радостно взвизгнула Афродита и, обойдя стол, обняла Борея. — У меня теперь есть тело! — Она начала тараторить, рассказывая о своих приключениях, и я увидел, как лицо Борея с каждой секундой, с каждым сказанным словом разглаживается.

— Сядь уже, непоседа! — Ему наконец удалось вставить слово.

— Только ты пообещай не ругаться? У нас не было другого выхода. Да и тело мне досталось отличное. Мы чуть не умерли, но выжили.