Анклав

Корнел понимал, что это сумасшедшая затея; если бы он сказал остальным, что собирается делать, его бы просто не отпустили, чтобы не рисковать главнокомандующим.

– Я хочу говорить с вашим главным, – уверенно сказал Корнел конвоиру, который связывал его руки.

Охранник на мгновение опешил.

– Сейчас поговоришь! Эй, Бирк! Он желает беседовать с Его Величеством! Скажи, что у нас гости, – крикнул солдат кому-то поодаль."

"«Наглость – второе счастье», – подумал Корнел, когда понял, что его план работает. Никто не заподозрил, сколько людей спрятано в лесу неподалёку от лагеря.

А из всей роты в курсе дел был лишь Риан Райн, которому доверился Корнел.

– Заводи! Его Величество желает лично поговорить с ними, – послышалось от палаток.

Охранник резко толкнул его, указывая направление. И Корнел не спеша пошёл к палатке, перед которой горели факелы в переносных металлических подставках, воткнутых в землю. Другие охранники встретили их и проводили в большую походную палатку.

Виатор, который только расслабился после длительного похода, поднялся и лично вышел посмотреть, кто же пожаловал.

На нём не было доспехов. Король набросил лишь расшитый камзол, оттеняющий длинные светлые волосы. Корону и другие атрибуты он оставил в соседнем помещении, и только по горделивой осанке можно было догадаться, что это правитель Эрвига.

Виатор убедился, что за дверью достаточно охраны, на всякий случай взял в руки меч. Затем указал конвойному на выход. Но верёвки с рук Корнела и Найда так и не сняли.

Виатор надменно улыбнулся.

– Говори, – приказал он, внимательно рассматривая гостей при свете свечей, что находилась в канделябре на походном столике.

– Ваше Величество, нас отправил полковник Роналд Крон. Наша задача лишь передать его слова, – начал Корнел, глядя Виатору прямо в глаза.

Король подошёл ближе, словно убеждаясь в том, что они ничего не смогут ему сделать. В руке он подбрасывал меч, раздумывая, не избавиться ли от непрошенных гостей, но любопытство всё же взяло верх.

Ника ворочалась в палатке и не могла уснуть.

Тревожные мысли не утихали. А как только она закрывала глаза, перед ней по очереди всплывали двое мужчин, которые были ей дороги. Стайген и Корнел.

Почему жизнь заставляла её постоянно переживать за тех, кого она любила?

Зачем Корнел затеял авантюру с переговорами? Нужно было первыми идти в атаку и пытаться прорвать оцепление!

Воспоминания стали более далёкими. Перед ней снова возникла картина падения самолёта в океан.