Анклав

Она отлично знала каждый уголок, комнату, подсобку или каморку. Каждый прекрасный витраж в залах был знаком ей.

Родной дом придавал силу, её энергия росла. Но одновременно с этим в сознании звучал призыв найти ответ. Она не могла объяснить даже самой себе, что ей нужно узнать. Долбаная установка в голове! Это началось еще в момент, когда ан Эрикс находился в армии Эрвига.

Где-то имелась разгадка тайны. Но пока ничего дельного в голову не приходило.

Были перечитаны все книги, которые нашлись в бывшем кабинете Стайгена ан Эрикса.

Когда Ника находилась в этом помещении, то смутно могла припомнить, какие события происходили здесь не так давно. Именно они наложили отпечаток на её жизнь. Тогда она ненавидела наместника. Почему так вышло, что два противоположных чувства поселились в её душе? Где же была та зыбкая грань, разбив которую она смогла объединить их воедино?

Счастье нелепо и даётся огромными жертвами, его можно почувствовать, лишь пережив ссоры и расставания, испытание временем, чтобы потом понять, что оно и раньше было в их отношениях, просто оба упорно отвергали его наличие.

Сколько же им пришлось перенести, прежде чем они поняли, что на самом деле чувствуют друг к другу и смогли быть вместе?

У них было что-то общее. Они будто слеплены из одного теста. За последнее время Ника ощутила это сильно, как никогда раньше. Она чувствовала, что в ан Эриксе скрыта странная сила, но не могла понять, что та собой представляла. И дело даже не в предчувствии опасности и не в боевом мастерстве.

Ника упала на кровать, на которой они спали вместе со Стайгеном.

После восстания она не могла вообще находиться в этой комнате, где каждый уголок, каждая вещь напоминали о нём. А сейчас хотела ощутить его присутствие. Она признавала, что ей без него плохо, вот только сказать об этом ему нельзя – он далеко."

"На рассвете пятого дня в Элемаре она проснулась, сжимая в руке бриллиантовое колье – то, что принадлежало ее матери, именно его подарил ей Стайген в день обряда Единения.

Ника поднялась, подошла к зеркалу, приложила к себе колье. Солнечные лучи ворвались в окно, и от камней разлетелись тысячи бликов, отражаясь от каждой грани и усеивая яркими пятнами пол и стены. А в сознании Ники как наяву промчались воспоминания. Она вдруг вспомнила и священника, которого наверняка убили повстанцы. Атор рассказывал ей о королевской династии да Штромм, о родителях. Об истории Урсула.