Алый ангел

 – Габриель подумала о том, как легко было спровоцировать Кэма бранными словами и несоблюдением приличий.

Бетси вздохнула."

"– Да, – с грустью согласилась женщина. – Когда он потерял во Франции мачеху и сестру, стало казаться, что счастливых лет, прожитых с ними, и вовсе не было.

– Конечно, – сказала Габриель, озаренная догадкой. – А как могло быть иначе? Он снова потерял людей, которые что-то для него значили.

Девушка могла только догадываться, через что пришлось пройти англичанину. Ведь, хотя Габриель прекрасно помнила смерть своих родителей, пустоту в ее сердце заполнили Маскарон и Голиаф.

– Ты очень любишь его, не так ли? – рассеянно спросила Габриель.

Она гадала, каким мог бы стать англичанин, если бы его жизнь сложилась иначе.

– «Любишь» не совсем подходящее слово, – сухо сказала Бетси. – Я желаю ему счастья, вот и все. – Женщина задумчиво посмотрела на Габриель. – Она была твоей тетей, ведь так? Мачеха господина. У тебя такая же фамилия.

Габриель занялась своей прической. Усердно избегая проницательного взгляда Бетси, девушка ответила:

– Да, у меня такая же фамилия.

Но я не знала ее.

Габриель стыдно было обманывать человека, от которого она видела только добро, но англичанин предупредил, что если она хотя бы раз отступит от придуманной им истории, то подвергнет жизнь Маскарона опасности.

– Ты чем-то похожа на нее, – заметила Бетси, принимаясь укрощать непослушные локоны Габриель. – Вот так подойдет. – Камеристка внимательно посмотрела на отражение Габриель в зеркале и отступила на шаг.

 – Знаешь, что я думаю?

– Что? – спросила Габриель.

Полное лицо Бетси расплылось в странной улыбке.

– Я думаю, что ты можешь стать кем-то вроде той обезьянки. Точно. Ты еще поводишь господина за нос, если я что-то понимаю в этой жизни.

Габриель оторопела от неожиданности. А к тому времени, как она наконец открыла рот, чтобы задать мучавший ее вопрос, Бетси и след простыл.

Как и следовало ожидать, откровения Бетси по поводу Кэма пробили брешь в решительном неприятии Габриель своего похитителя.

Девушке оставалось только гадать, умышленно ли камеристка стремилась к такому эффекту. Если да, то план Бетси увенчался успехом, поскольку теперь, думая о Кэме, Габриель не могла самым естественным образом не посочувствовать тому, что пережил англичанин в детстве и молодости. Поймав себя на том, что придумывает, как пробить стену, которой англичанин отгородился от всех остальных, она тут же себя осадила. Этот человек был ее врагом.