Сахар со стеклом

Оскорбление отдало пощёчиной, но я так и не нашла в себе смелости поддержать Аню. Пока она защищала своих друзей, я трусливо осталась стоять рядом с Эдиком, потому что стоило мне только подумать сделать шаг, как Шевцов обдал меня таким ледяным взглядом, что тело тотчас налилось тяжестью. Я совершенно не боец, не чета Степановой. И от этого стало жутко стыдно.

– Кто бы ещё говорил об ущербных друзьях, – парировала Аня, демонстративно скользнув взглядом по Должанову и Инне Вардиной.

Раскосые глаза Ирины сузились с презрением и ненавистью.

Она уже сделала шаг к Ане, намереваясь выплюнуть очередную порцию яда, а может быть даже и ударить бы посмела, только вот крепкие пальцы, сжав её плечо, заставили девушку остаться на месте.

Ряполова вздрогнула и удивлённо посмотрела на Лекса.

– Хватит, – отрезал он, глянув на Аню. – Степанова, тебя друзья заждались.

– Мы не договорили, – прошипела Ирина Лексу, заметно сникнув.

– Не о чём говорить.

Алексей взглянул на Аню, словно спрашивал: «Ты ещё здесь?».

А та, к удивлению уставившейся и молча наблюдавшей половины класса, тоже стушевалась и, едва дёрнув плечом, вернулась к нам.

Прозвенел звонок, в класс вернулись учащиеся, гулявшие где-то во время перемены, а за ними вошёл и преподаватель. Урок начался, а я всё никак не могла отделаться от гадкого чувства, что было трусостью с моей стороны стоять и молчать в тряпочку, пока Аня встала на защиту своих друзей.

– Ань, – шепнула её я, не выдержав осуждения собственной совести.

 – Прости, что я стояла истуканом, пока ты там… ну с этими…

– Забей, – тихо отозвалась подруга. – Мне с ними не привыкать цапаться. Они уже всех достали.

Преподаватель неодобрительно посмотрел на нас, и пришлось замолчать.

Через пару дней история с Эдиком повторилась. Только вот Ани, чтобы вступиться за друга-ботаника, рядом не оказалось.

* * *Сегодня ночью прихватил первый морозец, и с утра всё было покрыто острыми белоснежными иголочками инея.

Я чувствовала, как начинают замерзать коленки, хотя от остановки до лицея идти не более пяти-семи минут. Теперь я стала стараться сбежать пораньше из дома, чтобы не ехать со сводным братом на машине. То ещё удовольствие видеть фыркающую Ирину и плотоядные ухмылочки Ларинцева по пути к лицею. Благо ещё Должанов в другой стороне города живёт, и его привозит водитель. А то можно было бы с ума сойти с такими попутчиками.