Сахар со стеклом

До времени, указанного на листке было ещё почти два часа, так что я поплёлся к себе в комнату и включил комп. От Демьяна пришло уже два сообщения с предложением затусить, но я не был уверен, что отец с женой вернуться до вечера. А надо было стеречь бестолочь, чтобы ласты не склеила.

За дрейфом по ютубу я и не заметил, что времени уже было почти пять, и пора было разбудить сестрицу для принятия лекарства. На стук в дверь она не отреагировала. Спит, наверное, всё же. Первое, что на что я обратил внимание, когда зашёл в комнату – её хриплое дыхание.

Она дышала не совсем естественно: тяжело, даже надсадно как-то. Маленькая фигурка свернулась под одеялом в позе зародыша и вся тряслась. Растрёпанная коса покоилась рядом на подушке, сухие губы приоткрыты. Кажется, ей действительно хреново.

– Эй, – я притронулся к плечу, – мать сказала, чтобы ты выпила таблетки.

В ответ она только тихо застонала и шмыгнула носом. Вторая попытка закончилась таким же результатом. Вот же дерьмо! И что мне теперь с ней делать?

Я коснулся ладонью её лба и оторопел.

Мартеновская печь, не иначе.

– Эй, может хоть температуру померяешь? – я снова затряс девчонку за плечо, но она только сильнее застонала.

Твою мать.

Перешерстив коробку, врученную горе-мамашей, я достал термометр и включил его. И как теперь его воткнуть? Не лезть же ей под пижаму.

Кое-как всё же удалось растормошить болезную. Она открыла мутные глаза, неосознанно мазнула по мне взглядом и выполнила указание.

Через минуту градусник пиликаньем сообщил, что можно смотреть результат.

Кончик торчал наружу, так что я сам выдернул аппарат. И присвистнул, увидев цифры. Тридцать девять и девять. Пора было что-то делать.

На бумажке написано, что при высокой температуре надо дать парацетамол. Я отыскал капсулы, налил воды в стакан, чувствуя себя долбаной Мери Поппинс, и попытался уговорить Фомину выпить. Но в ответ было лишь мычание и кряхтение.

– Так, бестолочь, шутки в сторону.

Приподняв девчонку под руки, усадил повыше.

– Давай, открой рот.

От давления на щёки, бестолочь скривилась и рот таки открыла.

Таблетку тоже проглотила, запив водой. И когда я уже обрадовался, что дело сделано, она, внезапно встрепенулась, ожила и попыталась встать.

– Эй, ты чего?

– Плохо, – трясясь прошептала и едва поднялась на ноги.

Шатаясь, Яна направилась в ванную, и там, судя по звукам, её вывернуло. Вот тебе и выпила таблетку. Блин, и чё теперь?

Вернувшись, девчонка забралась под одеяло и оттуда хрипло прохоипела:

– Лёш, уходи.