Алмазная академия

«Толку от тебя совсем никакого нет, – мысленно обругала я засевшую внутри драконицу. – Только и можешь, что жизнь осложнять».

Да, грубо. А кто в минуты отчаяния мил и справедлив?

Та, что раньше была частичкой Виолетты, обиделась. Но пусто и грустно стало мне… Впервые я ощутила ее мысли и чувства как свои собственные.

«Хоть что-то ты можешь?» – вопросила внутрь себя уже гораздо мягче.

Согласие скорее почувствовала.

А потом она… то есть я… мы вместе потянулись куда-то. К кому-то. Далеко-далеко. Зато с полной уверенностью, что он поможет.

Надо только выиграть время. Дождаться.

Последнее становилось особенно затруднительно, учитывая, что гном уже вернулся ко мне. В пухлых пальцах поблескивал жезл, наподобие того, который достался мне в наследство от истории с разбойниками.

– Неспроста твои жены скоропостижно умирали, – пробормотала я.

Занять бы его болтовней.

Вот только обсуждать нам вроде и нечего…

– Умная девочка, – хмыкнул мой несостоявшийся муж. Ох, лучше бы несостоявшийся убийца! – Только страшненькая.

Хоть в чем-то наши мнения совпадают.

Я лихорадочно соображала и к тому времени, когда гном склонился надо мной, успела выдумать следующий вопрос:"

"– Надеяться, что тебе все сойдет с рук, глупо, не находишь? Несколько ну совершенно неподозрительно умерших жен вдовца совершенно не красят.

Слухи по гномьим землям еще после первой поползли, но Ирн был богат, деловит и происходил из старинного рода, поэтому повторять сплетни при нем, а тем более бросать в лицо обвинения никто не осмеливался.

– Да не убивал я их, – отмахнулся негодяй. Камни на его игрушке загадочно вспыхнули. Синие сапфиры. – Всего лишь привязал к своим шахтам. Это адамасы могут по своему велению камешки создавать и не бедствовать, а простым смертным приходится как-то изворачиваться. Одно плохо, такая магия за считаные дни вытягивает всю жизнь до капли из гномок.

И, задумчиво оглядев меня, добавил:

– Но ты-то не гномка, значит, дольше протянешь.

Радость-то какая!

Псих. Даже хуже, чем дракон. Тот хотя бы свои злодеяния из любви и от боли творил, а этот – от корысти. Нет ему оправдания.

Камни снова полыхнули. Похоже, меня прямо сейчас привязывали к чему-то там.

Вот только… я совсем ничего не почувствовала.