Аллигат. Исход

Выпитый бокал красного вина подействовал на организм благотворно.

В ожидании ухода Флосси листала томик стихов Байрона. Знакомая картонная закладка с простенькой зигзагообразной двухцветной вышивкой оказалась в нужном месте.

Убедившись, что стихи те самые, Ольга с нарастающим волнением прислушивалась к громким ударам сердца.

Вот и услужливая прислуга ушла, а она не решалась встать и пойти на первый этаж. Намеренно оттягивала визит в библиотеку, забивая голову ерундой, а потом вдруг подхватилась, засуетилась и бросилась к выходу.

Кутаясь в палантин, спешила по полутёмному коридору.

Пройдя комнату опальной виконтессы, резко остановилась. Вернулась и дёрнула за ручку двери.

Ожидала увидеть голые стены как в будуаре Шэйлы в доме на Аддисон Роуд, но в родовом поместье Хардингов в комнате бывшей жены виконта всё осталось по-прежнему. Лишь чехлы на мебели да запах сырости и слежавшейся пыли указали, что хозяйка давно здесь не появлялась.

Ольга прошла к окну и распахнула портьеры. Бросила взгляд на реку и холмы за ней, затянутые серой пеленой.

Задержавшись у зеркала, осмотрела себя, снова сравнивая с Шэйлой. Помедлив, открыла шкаф.

Ладонь коснулась гладкого шёлка цвета морской волны. Соскользнула на полку ниже, тронула выглядывающие из складок чёрно-синего платья вышитые атласными лентами нежные бутоны роз.

Ольга встряхнула бальное платье, удостоверяясь, что жирное пятно на месте. Чьи руки испортили наряд, так и останется тайной.

Не верилось, что Стэнли сохранил одежду Шэйлы. Её комната в лондонском доме вычищена основательно, а тут… Не поднялась рука избавиться от приятных воспоминаний о недолгой волнующей близости? Возможно.

Ольга бродила по комнатам среди укрытой чехлами мебели.

Будила спящее гулкое эхо пустого старинного особняка.

Вспоминала пережитое, не преданное забвению: лица, события, ощущения.

Слушала гудение ветра в каминных дымоходах и хныканье сквозняка под высокими сводами.

Принюхивалась к запаху пустоты и покоя — бесцветному, неуловимому. С приходом лета сюда вернётся жизнь.

В протопленной библиотеке пахло дымком и смолой. Дровница у каминной решётки доверху заполнена толстыми поленьями.

Глаза пробежались по книжным шкафам, столам, передвижной стремянке. Выхватили закрытые ставни в широкой арочной нише в стене, споткнулись о свисающую цепь прикованного к полке древнего фолианта.

Ольга раздвинула на окне плотные портьеры, впуская дневной свет.

Неспешно, с усилием отворила тяжёлые ставни картины.