Алька Верник и наследие предков

Во время перелета действовать согласно указаниям бортового комма, экран которого закреплен в стойке кровати. Он активизируется автоматически с заселением каюты. Между гиперпрыжками вы можете выйти в коридор, посетить столовую и кают-компанию. Вопросы есть?

– Повтори еще раз, Путау, – сказал ему тентуриец, – это же земляне, с первого раза не поймут. Да и со второго вряд ли.

Тенгир Стшарсси хрипло рассмеялся своей, только одному понятной шутке, а варг неодобрительно посмотрел на своего коллегу. Я глянула на Хуньку.

– Что вы сделали? – строго спросила стоящего рядом Стаса.

– Аль, ну он же человеконенавистник… – почему-то стушевался Погодин.

– Что вы сделали? – повторила я свой вопрос.

– Ничего супер страшного, – усмехнулась Хунька, – всего лишь крумулянский вечный клей распыленный на форму одного тентурийца, как раз в ягодичной области. Действие начинается при соприкосновении с поверхностью.

– Это что получается? Тенгир сядет, а клей того… начнет действовать? – я смотрела прямо на Хуньку, строго смотрела, зная какие мысли могут прийти в ее буйную голову.

– Ну, да… – Фархунда изучала потолок, всем своим видом демонстрируя невиновность.

– У ёёёё… – только и смогла сказать я, потому что в этот момент тенгир Стшарсси, заскучав от того, что его шутки никто не оценил, направился к одному из диванчиков и сел, положив ногу на ногу.

Стас подавил смешок, Хунька коварно улыбнулась, Жорка, тот вообще отвернулся, а я просто похолодела от ужаса.

– Как вы умудрились? – прошипела я, дрожа от волнения.

– Там флакончик саморазбрызгивающий.

В этот момент мне поплохело еще больше, потому что в кают-компанию вошел Белиготар Сорг и вид у него был совсем не добрый. Эленмарец откровенно злился. Попали! Взгляд моего предка скользнул по мне и остановился на сидящем тентурийце.

– Тангир Стшарсси, доложите обстановку, – приказал легар.

А дальше… Дальше, я закусила губу, чтобы не всхлипнуть от охватившего меня ужаса.