Алёнка из Синего леса

Давно известно, что тот, кто находится ниже, чувствует себя зависимо и некомфортно. Меня такое положение не устраивало.

– Чудесно, – бросила я некроманту. И, поднявшись, прошла мимо него в дом. Судя по шагам, он проследовал за мной. Зачем пришёл? Умничать, не иначе. – У вас что-то болит?

Я резко обернулась, желая ответов, а не пустых расшаркиваний. Маг стоял в двух шагах от меня. Казалось, что практически рядом. Я слышала его дыхание, замечала внимательный оценивающий взгляд, скользнувший по моей груди.

Не иначе, футболка понравилась.

– С чего бы? – Чёрная бровь надменно взметнулась. Но смотреть он не перестал.

Не смотреть. Пялиться.

А я...уставилась на искривившиеся губы, которые хотелось...прикусить. Глупое желание, наивная Алёнка! Плохие мальчики ломают таких, как ты. И пачками выкидывают на помойку.

Стало больно. С чего это я размечталась о князе?

– Вы здоровы, я рада. – Передёрнула плечами, словно это могло помочь. Вот незадача! Забрался этот некромант в мои мысли и даже не спросил, а нужен ли он там.

"Мы замолчали. Я, ругая себя, на чём свет стоит. Маг, думая о личном. Но это не могло длиться вечно.

– Вы что–то хотели, князь? – поинтересовалась исключительно из вежливости. Сейчас бы отдохнуть, но вначале нужно поесть. Баночка с вареньем из запасов Аглаи опустела всего лишь наполовину, пора закончить начатое. А то с местной диетой скоро и ноги таскать не буду. Народ даже с простыми болячками не ходит, болеть перестал. Не иначе Соломея и Макар Кузьмич всех вылечил.

– Хотел? Пожалуй.– Маг вскинул чёрные брови и сократил до минимума расстояние между нами. Мужские ладони коснулись моих запястий, быстро скользнули вверх до плеч. Как заворожённая смотрела в темнеющие глаза мага. Он ведь не может читать мои мысли?

Не стоит, не советую.

– Надеюсь, у меня больше никто без спроса не появится? Очень не люблю, – понизила голос до шёпота, – когда кто-то вклинивается в личное пространство.

– Вклинивается, значит, – задумчиво протянул некромант, медленно проведя большим пальцем по моей скуле, с каким–то навязчивым интересом обводя контур губ. С каждым движением темнота глаз мужчины усиливалась, становясь подобием чёрной дыры. Она затягивала, лишая разума, не давая возможности отвернуться. Желания отпрянуть, скинуть руку не было. Сладко заныло в груди, и сердце замерло в предвкушении. Не иначе соскучилась по Юрке.