Алихан. Рабыня демона

Из груди вырываются всхлипы, а по босым ногам проноситься холод. Сволочи. Они специально отобрали у меня обувь, которую мне подарил Алихан, и теперь я вдвойне ощущаю себя беззащитной.

– Стойте. Пожалуйста! Не оставляйте меня здесь!

Я падаю на колени и руками обхватываю свою цепь, понимая, что эти звери просто хотят оставить меня тут.

– Ты сама виновата, Саназ. Надо было принять своего нового Господина. Ты забыла свое место, глупая рабыня. Теперь будешь примером всем непокорным рабам.

– Нет…нет, пожалуйста!

Мне кажется, я кричу изо всех сил, но этого не достаточно.

* * *Мне кажется, я потеряла счет времени. Я не знаю, сколько нахожусь в этой яме, однако наверное, уже прошло несколько дней. Мне не оставили даже куска хлеба или кали воды, из-за чего я просто умираю от жажды.

Мои губы стали очень сухими, и сколько я не пытаюсь их облизать, ничего не получается.

У меня сильно болит ключица. Кажется, это все-таки перелом, так как боль не проходит с того самого момента, как я упала с лестницы. Я совсем не могу пошевелить плечом, и каждое мое движение корпусом отдается просто сумасшедшей болезненностью.

Из обрывка платья мне удается сделать что-то вроде бандажа и просто кое-как зафиксировать руку, чтобы не плакать каждую секунду от боли.

Постепенно мои глаза привыкают к темноте, и я могу разглядеть впереди себя огромную темницу с высоким потолком и каменным полом. Наверняка тут и раньше кого-то пытали. А может, кости этих несчастных все еще лежат где-то рядом со мной, а я этого просто не могу заметить. Возможно, здесь живут и крысы, которые, проголодавшись, совсем скоро набросятся на меня.

Наверное, меня должно было вырвать от одной только мысли об этом, однако в этот момент я была истощена, и совсем ничего не ела, поэтому из груди у меня вырвался просто рвотный спазм.

Я плохо чувствую свои стопы. Кажется, они сильно промерзли. Первую ночь я никак не могла согреться, однако постепенно мне перестало быть холодно и я, вроде как, немного согрелась либо же кожа на ногах просто онемела."

"Ко мне никто не заходит, хотя лишь однажды я слышала, как Тай приоткрывал дверцу темницы и звал меня.