Самая старая дева графства Коул

— А ты ведь прав! Почему я до этого сидела в сарае? – выплывая из пелены раздумий, вдруг поняла, что он совершенно прав: я почему-то не та хваткая и умная женщина, какой себя знала. Да, точильный камень в сарае немаленький, но вдвоём мы легко принесли бы его.

Нора бряцала посудой, Марти утащила брата во двор, где он, немного побарахтавшись, прекрасно засыпал на одеяле в тени дерева. А мы обустраивали мне мастерскую, в которой теперь были три абразивных круга разной зернистости, маленькая плавильня, куда всего-то и надо было положить угли и раздуть.

— Продавец сказал, что именно её проще всего расплавить, если ты этого хочешь. Я не разбираюсь совсем, Стэф, - Лео растерянно пялился на всё это богатство, вынимая из мешка небольшие ножницы для металла, напильники, которыми можно обработать, допустим, кольцо внутри. Я о них вообще не подумала. А он, видимо, подошел к вопросу очень серьёзно.

— Благодарю, Лео. Ты привёз даже больше, чем я ожидала. Надеюсь… денег тебе хватило? – я с надежной смотрела в его глаза. Он наблюдал за мной, как за ребенком, получившим подарок к Новому году.

— Мы всё решим, Стэф. Монеты закончились все. Вообще все, что были. У нас теперь нет даже одной. И остался должен кое-какую мелочь нашему соседу. Завтра я пойду к ним работать. Нора тоже пойдёт. Ты же сможешь присмотреть за детьми? Я подумал… смастерю прямо здесь, в этой комнате, что-то вроде ограждения.

— О! Лео… Вы идёте работать к фермеру? – я словно с небес на землю спустилась.

— У нас мало муки, у нас совсем нет мяса. За день работы он хорошо заплатит. Ну, не так, чтобы очень много, но у нас будет всё необходимое до…

— До того момента, когда я смастерю первую пару серёг, - закончила я за Лео.

— Ты можешь не переживать, Стэф.

"Я подошла к нему почти впритык и посмотрела в глаза. Потом обняла за плечи и прижалась головой к груди. Он не двигался, словно боялся что-то сделать не так.

— Я не твоя хозяйка больше, Лео. Да и платить мне нечем. Зачем ты это делаешь?

— Потому что должен это делать, - он наконец, отмер и тоже обнял меня.