Александрийское звено

— Да, я пришел к ней и рассказал о том, что происходит, в том числе и об Александрийском Звене. Я также сообщил ей о встрече с Херманном.

— Не самая лучшая идея."

"— Тогда мне представлялось иначе. Израильтяне казались мне единственными союзниками, которых я мог тогда заполучить. Но они посчитали, что затеянное Херманном преследует только одну цель — навредить им. В итоге единственным, что я получил, оказалась Диксон, ставшая моей нянькой. — Дейли хлебнул еще сока. — Должен признаться, с этим у меня связаны довольно приятные воспоминания.

— Меня сейчас стошнит.

Дейли покачал головой.

— Примерно через месяц мы с руководителем аппарата вице-президента оказались наедине. Мало того что он кретин и сволочь, он еще любит хвастаться. Именно из-за этого люди вроде него оказываются в луже. Мы крепко выпили, и он принялся болтать, но поскольку у меня и раньше были подозрения на его счет, я пришел на эту встречу с диктофоном в кармане. Ох, какую взрывную информацию мне удалось получить в тот вечер!

Кассиопея встала из-за столика и подошла к стеклянной витрине.

— Он говорил о Двадцать пятой поправке, как он изучал ее, вникал в детали. Спросил меня, что мне о ней известно, но я в этом деле профан. Я делал вид, что мне все это неинтересно, и прикидывался пьяным. На самом деле все обстояло иначе.

Стефани знала, о чем говорилось в Двадцать пятой поправке к Конституции США.

«В случае отстранения президента от должности либо его смерти или отставки вице-президент становится президентом».

71

Синайский полуостров

Малоун взглянул на часы. До полудня оставалось всего две минуты. До этого момента он уже несколько раз смотрел через два находившихся друг напротив друга отверстия и не видел ничего нового. Пэм и Макколэм стояли внизу и придерживали руками пирамиду из четырнадцати камней, чтобы она не рухнула.

Стрелка часов переместилась на двенадцать — и в отдалении зазвонили колокола.

— Как страшно! — проговорила Пэм. — Колокольный звон. Словно ниоткуда…

— И вправду, — согласился Малоун, но не договорил. А в мозгу его прозвучало: будто в раю.

Солнце жарило беспощадно. Одежда Малоуна уже промокла от пота. Он снова посмотрел в квадратное отверстие в стене. Горный хребет вырисовывался все более отчетливо. На его склонах, похожие на черные глаза, темнели отверстия пещер, в которых столетиями укрывались от мира отшельники.