Александрийское звено

«Шевроле», не останавливаясь, въехал в главные ворота, по обеим сторонам которых стояли вооруженные охранники. Миновав следующий контрольно-пропускной пункт с еще большим числом охранников, внедорожник затормозил у красивого, словно с картинки, бревенчатого домика, и пассажиры, выбравшись из машины, окунулись в прохладный осенний воздух. Агент секретной службы — тот самый, который подловил их в музее, — махнул рукой, дверь домика распахнулась, и из нее вышел президент Роберт Эдвард Дэниелс-младший.

Стефани знала, что президент никогда не пользуется именем, полученным при крещении.

— Стефани, как здорово, что вы приехали! — воскликнул Дэниелс, спускаясь по ступеням крыльца.

Собравшись с духом, она шагнула ему навстречу.

— А разве у меня был выбор?

— Вообще-то нет, но я все равно рад. Слышал, у вас возникли кое-какие проблемы?

Сказав это, Дэниелс хохотнул, но Стефани даже не улыбнулась. У нее не было настроения радоваться чужим шуткам, даже если остряком являлся глава всего свободного мира.

— Своими проблемами я обязана вашим людям.

Он шутливо поднял руки, давая понять, что сдается на милость победителя, но следующая его фраза не стыковалась с этим жестом.

— Это мы еще посмотрим. Вы даже не выслушали то, что я собирался вам сказать. О, да вы сменили имидж? Волосы, одежда… Мне нравится."

"Не дав ей возможности ответить, он повернулся к Кассиопее.

— А вы, должно быть, мисс Витт. Я наслышан о вас. Вы живете удивительной жизнью. И к тому же реконструируете какой-то замок во Франции. Хотел бы я на него взглянуть.

— Приезжайте, я покажу.

— Я слышал, все работы ведутся так, как это делалось шестьсот лет назад? Это потрясающе!

Стефани поняла, что означает эта непринужденная болтовня президента.

«Что ж, — подумала она, — поглядим, чем все это обернется».

— В противоположность тому, что вы обо мне думаете, Стефани, я не идиот, — сказал Дэниелс.

Они сидели на открытой веранде домика в деревянных креслах-качалках с высокими спинками.