Аларика

На самом деле, можно даже не пробовать, если уж вышел на неделю позже меня и догнал. Да и не бегать же теперь от него всю оставшуюся жизнь, даже если она и обещает стать слишком короткой. А, пропади оно пропадом, пусть все идет как идет!

Тайрон накинул плащ на мои плечи, сел рядом, чуть приобнял:

— Пожалуйста, не делай так больше.

— Что?

— Не бросайся невесть куда, сломя голову. Я едва не опоздал. Еще бы чуть-чуть…

— Знаю, Тай. Спасибо. Мне тебя не хватало…

Он вздохнул, прижал чуть покрепче.

— Дурочка маленькая.

Я промолчала. Просто сидеть вот так рядом, слушать шелест листьев, ощущать запах трав от его одежды…

И не заметила, как уснула.

Риа не замедлила явиться:

— Не зря я советовала нанять телохранителя."

"Снова уже ставшее привычным изящное кресло, снова скучающе-надменное выражение лица. Пусть ее… тем более, что ругаться совершенно не было сил. Подумав с полмига, я сотворила лес. Такой, к которому привыкла дома. Прозрачный, звенящий березняк, поляна, заросшая земляникой — тот же густой, теплый запах, что и там, в настоящем лесу.

— Аларика!

— Да, ты была права. — Я улыбнулась, подставляя лицо солнцу. Пусть ее… Позудит и отстанет.

— Что-то ты стала слишком беспечна.

Я снова улыбнулась:

— А надоело бояться.

И в самом деле, надоело. Может, после пережитого сегодня просто не осталось эмоций, кто его знает…

— И собачиться с тобой надоело. Так что можешь не тратить время.

— Вернись в город, постарайся нанять кого-нибудь. Не суйся второй раз одна.

— Не… — протянула я. — Лень в город тащиться. Да и денег не хватит. К тому же, мы уже об этом говорили.

— Сейчас ты не похожа на человека, который чего-то боится. — Фыркнула Риа.

— А я больше и не боюсь. Да, и тебя, собственно, тоже.

В конце концов, это мои сны. А тебе нечего в них делать, надоела. На самом деле ведь все просто… как я раньше не догадалась? Страх мешал задуматься по-настоящему. Между мной и советницей выросла густая стена боярышника — хаотичное переплетение ветвей, колючки с полпальца.

— Да как ты смеешь! — раздалось с той стороны.

Я отщипнула земляничину, сунула в рот:

— Я здесь хозяйка. Ты, конечно, вломишься снова… будешь вести себя по-человечески — может, и останешься. А сейчас — пошла вон!

Она еще успела крикнуть что-то нечленораздельное и исчезла. Я плюхнулась навзничь в траву, счастливо засмеялась. Посох все-таки придется достать, раз уж обещала.