Акция прикрытия

 — И я их нашел.

— Где же? — заинтересовался Президент.

— Это бывший одиннадцатый отдел КГБ СССР. Совершенно обособленное, мощное, многофункциональное, прекрасно оснащенное подразделение.

— Что-то такое я слышал, — задумчиво произнес Хозяин. — Продолжай.

— Я попытался прибрать его к рукам. Но…

— Степашкин встал поперек дороги? — продемонстрировал прозорливость шеф. — И небось вместе с Гонтарем?

— Они подставили прежнего начальника — генерала Верлинова. Он был крупной и независимой фигурой, попытался вести игру против них.

Но его сожрали, представили изменником Родины…

— Вспомнил, вспомнил, — мрачно проговорил Президент. — Недавно Верховный Суд приговорил его к расстрелу…

— А вместо него поставили некоего Дронова. Ни рыба ни мясо, авторитета у подчиненных не имеет, решения принимать боится. С ним отобрать у Степашкина отдел не удастся!

— Так что же, тебе надо воскресить этого Верлинова? — прищурился Президент. — Извини, я не Иисус Христос…

— Они тасуют факты, как крапленую колоду. Верлинов жив! И он нужен нам на прежнем месте!

— А приговор? — Президент недовольно махнул рукой.

 — Мы же строим правовое государство. Надо быть последовательными.

Коржов промолчал. Последовательности у шефа с годами все убавлялось.

— А с другой стороны, я могу его помиловать! Это предусмотрено законом.

— Так-то оно так… Но…

— Какое может быть «но»? Помиловал — и точка!

— Гонтарь проводит операцию по ликвидации Верлинова. Ликвидатор и оружие уже на месте. Завтра-послезавтра все решится…

— Откуда знаешь? — усмехнулся Хозяин, откидываясь на спинку кресла.

 — Неужели Гонтарь рассказал?

— Почти.

Президент помолчал.

— Я могу помиловать только живого. Так что сам разберись с Гонтарем.

— Ясно.

Коржов встал и вышел. Через полчаса в Афины ушла телефонограмма для Графини. Она стала первым шагом по спасению генерала Верлинова.

* * *Валерий Антонович Верлинов не располагал достоверной информацией об уготованной ему судьбе. То есть он доподлинно не знал, что ЦРУ США собирается его похитить, контрразведка Греции — арестовать, ГРУ Минобороны России — убить.

Но он достаточно долго работал в специальной службе, чтобы знать: носитель секретов его уровня, оказавшийся в чужой стране без всякой защиты и поддержки, не может ожидать ничего хорошего. Точно так же, как молодая девушка, заплутавшая в незнакомом ночном городе, или инкассатор с банковским мешком на пустынной дороге.

О возможной помощи, тем более со стороны Главного управления охраны России, генерал не мог и подумать.