Академия создателей, или Шуры-муры в жанре фэнтези

Сначала я услышала в отдалении голоса, потом, с трудом разлепив веки, увидела сидящего рядом ректора. Тревога застыла на его лице.

– Доброе утро, – хрипло проговорила я.

– Наверное, доброе, – грустно хмыкнул Фаранар.

После его слов около моей кровати сгруппировались деканы.

– Как вы себя чувствуете? – спросил Русир.

Я прислушалась к своим ощущениям.

– Спасибо, неплохо.

Как-то странно все себя ведут. Но быстро оглядевшись, поняла, что лежу в корпусе целителей.

– Что вы помните последнее? – очень серьезно спросил меня Графт, уставившись цепким, каким-то оценивающим, почти препарирующим взглядом, из-за чего в мою душу закралось подозрение.

– Я плохо себя чувствовала и потеряла сознание, – медленно ответила я, настороженно разглядывая декана.

Все остальные молчали.

– Объясните, что происходит? – не выдержала я, приподнимаясь на постели.

Сейчас даже факт того, что я лежу на постели в присутствии стольких мужчин, мало волновал.

– Вчера было совершено убийство, похожее на то, что произошло некоторое время назад, – начал Фаранар, а я, похолодев, все поняла уже с первых слов.

Все, я пропала! Теперь этот сумасшедший найдет меня и препарирует, чтобы я не помешала его планам.

– Плохие новости, – просипела я. – Теперь мне долго не прожить.

– Нет, плохие новости заключаются не в этом, – «порадовал» меня Диан Графт, и я с опаской на него посмотрела. – Официально студентка Элаи проводила ритуал и пострадала. А вот действительно плохая новость: ритуалы предположительно направлены на то, чтобы разбудить артефакт, созданный однажды одним сумасшедшим создателем. И если убийце это удастся, то академия прекратит свое существование. Навсегда.

Я сглотнула.

– И еще, у него однозначно есть ключ, чтобы открыть путь к артефакту.

– Вы ведь знаете, о чем я хочу вас попросить, Элаи? – тихо поинтересовался ректор.

А я, взглянув на свои бледные руки, крепко сжимающие одеяло, кивнула:

– Все, что хотите! Я очень обязана вам.

Губы главы академии сжались в тонкую линию, цвет глаз неуловимо изменился, превратившись в серые льдинки, и неимоверно холодным голосом он процедил:

– Благодарю вас.