Аккорд

Дьявол, долго я еще собираюсь вспоминать секс с Джессикой?

Невыносимо.

Подхожу к микшерному пульту и сажусь на крутящийся стул. Облокачиваюсь на подлокотники и откидываю голову назад, наслаждаясь тишиной.

Все-таки есть определенная атмосфера в студиях звукозаписи. Акустика, запах, приглушенный свет… Все это лишь добавляет удовольствия во время трекинга[10], заставляя мое сердце биться чаще. Невозможно не получить удовольствия от того, как на твоих глазах создается очередной шедевр.

Я всегда мечтал о подобном месте, где мог бы в абсолютной идиллии с самим собой писать тексты и сочинять гармонии.

С годами это желание куда-то исчезло, и теперь я страдаю какой-то чертовщиной.

Это единственное место, где я могу снять все маски и побыть собой. Здесь мне… спокойно. Тепло. Хорошо.

Мне идеально.

Всю ночь я провожу в попытках написать вокальную мелодию, но безуспешно. Не могу выбросить из головы то, что происходило между мной и Джессикой две ночи подряд.

Да, эта блондинка горячая и чертовски сексуальная, вот только она меня презирает, хотя при этом все равно хочет.

Я вообще уверен, что хочу с ней работать? Вдруг в ней уживается несколько десятков личностей, как у Билли Миллиган?

Впрочем, пофиг. Это был лишь секс. И я все еще думаю о ней лишь потому, что меня прикончит Эбби.

Дерьмо.

Я ведь обещал себе не заниматься с ней сексом больше. И все равно трахнул ее.

У меня, кажется, тоже биполярка.

Здорово.

Ну вот. Подумал о Джессике, и член встал.

Внезапно входная дверь хлопает, и я поворачиваюсь на звук.

– Ты чего здесь делаешь? – удивленно спрашивает Мел.

– Хотел что-нибудь… написать.

– И как успехи?

– Никак, – пожимаю плечами и поправляю стояк в брюках.

– Я тебе помешала? – вскидывает бровь Мелани, намекая, что я тут онанизмом собрался заниматься.

– Не хочешь помочь мне с этим? – усмехаюсь я.

Мел закатывает глаза, а затем, усмехнувшись, шагает ко мне.