Аккорд

Тиффани визжит в трубку:

– С большим удовольствием, солнышко! Может, удастся наконец поскакать на гигантском члене этого жеребца.

Тяжело сглатываю и сквозь зубы произношу:"

"– Я пришлю тебе все данные.

Едва я бросаю трубку, из глаз начинают струиться слезы. Ком, стремительно разрастающийся в груди, мешает мне дышать. Сердце болит. Острой, резкой, ноющей болью. Так, словно в него раз за разом втыкают ножи. Тишина вокруг оглушает, заставляет зажмуриться от давления в висках.

Как же, мать вашу, больно лишаться… целого мира.

Глава 37

Jaden Hossler – Better Off Dead

Джессика

Через панорамное окно гостевой спальни дома Рида вижу, как солнце уходит за горизонт. Ярко-розовое небо, на полотне которого виднеется след пролетающего над городом самолета, отражается в спокойном океане. Маленькие волны тихо бьются у песчаного берега, сменяясь другими, а вдалеке слышны крики чаек.

– Эбби приготовила ужин.

Перевожу взгляд на голос и вижу Рида, стоящего в дверях. Он подходит ко мне и протягивает поднос, на котором тарелка с кусочком лазаньи, приготовленной по фирменному рецепту Эбби, и кружка с моим любимым мятным чаем.

– Я не голодна. – Утыкаюсь головой в подушку и продолжаю плакать.

Я делаю это уже… не знаю который час, но раз за окном уже закат, значит, не менее пары часов.

Чувствую, как Рид садится рядом, и, оторвавшись от подушки, спрашиваю:

– Ну?

– Что ну?

– Давай начинай: «Я же говорил». Ты ведь наверняка счастлив, что мы расстались.

Брат шумно выдыхает и ставит поднос на прикроватную тумбочку, а затем ложится рядом со мной.

– Серьезно считаешь меня таким бессердечным?

– Ага. Ты ведь ненавидишь его.

– Да, не буду отрицать. Но я люблю тебя.

Я вскидываю брови и произношу на выдохе:

– Эбби хорошо на тебя влияет.

– Почему?

– За двадцать пять лет ты ни разу не говорил мне этих слов.

Рид усмехается и целует меня в макушку.

Прижимаюсь ближе к его груди и понимаю, что он пахнет кофе. Крепким эспрессо.

Зажмуриваюсь, осознав, что всего за какой-то один месяц я смогла узнать Моргана таким, каким его не знает никто. Мне известно, как сильно он любит крепкий кофе, и это удивительно, но его аромат постоянно сопровождает Тиджея. Он считает ананасы в пицце худшим, что только могло придумать человечество. А еще когда он улыбается, то сначала дергается один уголок его губ, и только потом – второй.

Я знаю его.

И не знаю, как быть без него.