Академия Стихий. Пари на любовь

Голова гудела, будто меня огрели чем-то тяжёлым. Хотя, возможно, так и было. Я ударилась. Обо что? Не помню.

— Всё уходите! Быстро!

Похоже, это была Селена, и в её тоне звучало беспокойство.

— М-м-м-м, — голос хрипел из-за сухости во рту. Я открыла глаза, но тут же их зажмурила. Яркие лучи солнца ударяли мне прямо в лицо. Селена ойкнула и тут же побежала закрывать занавески.

— Ты как? — девушка дотронулась до моего лба."

"— Где я? Что вообще произошло?

— Не помнишь? На вашей тренировке тебя не хило так отбросило.

Ты ударилась головой о ствол дерева. Вообще, почему вы не занимались под защитным куполом?

— Не знаю, наверно, не подумали.

— Не подумали! — недовольно фыркнула девушка. — Не только ты могла пострадать! Марк идиот! Я уже всё рассказала отцу!

— Не нужно винить его, — я приподнялась на подушки. Голова всё ещё трещала, но уж не так сильно, как минуту назад.

— То есть? — не поняла меня Селена и, усевшись на край кровати, с интересом посмотрела мне в глаза.

— Я сама виновата.

Отвлеклась на мужчину.

— На какого ещё мужчину, Эва? По рассказам ребят, кроме вас там никого не было. Поэтому они и притащили тебя сюда.

— Никто из преподавателей не догадывается о случившемся? — не знаю почему, но мне даже спокойней от этого стало. Значит, никого не накажут.

— Кроме отца.

— Скажи ректору, чтобы никого не наказывал.

— Так кого именно ты там увидела? Это был кто-то из преподавателей?

Я помотала головой, не зная что ответить Селене. Ведь мужчина которого я заметила, был моим дядей! Это точно были его глаза — холодные, как две льдинки.

— Всё слишком сложно, — пробубнила я.

— Ну хорошо, не хочешь, можешь не говорить, — Селена поднялась с кровати. — Пока не придёшь в себя, оставайся у меня. Вообще, я тут подумала, если ты всё равно всё знаешь, может переедешь сюда?

— А что, у тебя нет соседки?

— Нет, с поступления живу одна. Отец позаботился.

— Ясно, — я кашлянула и оглянулась.

Комната была самой обычно, без какой-либо помпезности. И не скажешь, что Селена была дочкой ректора.

Да и я догадалась об этом совершенно случайно, подслушав разговор Максимилиана Мориса и Демитроса Гроса. Кровать, на которой я лежала, была занавешена полупрозрачным балдахином. Справа имелся большой вместительный шкаф, а возле окна расположился широкий стол на резных ножках из красного дерева. С противоположной стороны стояла ещё одна кровать с таким же балдахином как у меня над головой, но без подушек и постельного белья.